Кирило Шевченко: Наше завдання - підготувати Укргазбанк до продажу

15.12.2014 12:10 | Банк: Укргазбанк, Дельта Банк, Київ

Кристина Болотова / minfin.com.ua /

Разноцветные ковры, позолоченная мебель, бархатные кресла, большой портрет президента… Это — не дача Пшонки, а кабинет председателя правления государственного Укргазбанка, поддержка которого обошлась налогоплательщикам в миллиарды гривен. Руководитель Укргазбанка Кирилл Шевченко в интервью «Минфину» признается, что эта роскошь ему не по душе, но другого офиса пока нет. Кабинет достался ему вместе с неплатежеспособным банком «Киев».

У председателя правления Укргазбанка крепкие нервы. В нелюбимом кабинете он чувствует себя комфортно. На вопросы отвечает быстро, не подбирая слова. Активно жестикулирует.

Как вы оцениваете ход реформ в банковской системе?

Банковский регулятор процесс начал. Но сказать, что он закончен, будет большим преувеличением. Банковский рынок поменялся, он стал более сегментированным. Я думаю, что нас еще ждут изменения, но это уже не будут изменения вселенского масштаба.

Был ли этот год сложным для банка? С какими вызовами так и не справились?

Прошлый и этот год были тяжелейшими для финансовой системы, в том числе и для Укргазбанка. Особенно начало 2014 года. Сейчас ситуация значительно улучшилась, стабилизировалась, но она еще очень далека от совершенства. Все-таки, на рынке обстановка непростая, поэтому нельзя сказать, что мы живем здорово. В этом году мы запустили много процессов по трансформации банка. Часть из них мы рассчитывали уже давно закончить, но, так как председателем правления я был утвержден только в мае — кое-что мы не успели. Например, процесс реорганизации отделений еще не окончен, как планировалось, ряд других операционных процессов еще ждет своего завершения. Но это вовсе не катастрофа для нас, мы со всем обязательно справимся в следующем году.

Что поменялось в банке с вашим приходом?

Кардинально поменялась команда менеджеров. Я считаю, что это одна из лучших команд на банковском рынке.

По итогам года ожидаете убытки?

Убытки были по результатам прошлого года — порядка двух с лишним миллиардов. По результатам первых трех месяцев были убытки в размере почти 400 миллионов гривен. С апреля банк работает в прибыль. Из этих 400 миллионов мы уже покрыли больше 300. Я в этом плане осторожный оптимист: мы должны сделать все, чтобы закончить год с прибылью. Если ничего сверхъестественного не произойдет, то так и будет. По результатам стресс-теста, Укргазбанку не понадобится дополнительный капитал и в следующем году.

Летом Укргазбанк поглотил неплатежеспособный банк «Киев». Важная сделка?

С точки зрения масштабов, на баланс Укргазбанка существенное влияние это не оказало. Наши активы на сегодня — 45 миллиардов гривен, поэтому этот миллиард активов банка «Киев» растворился. Но есть несколько ключевых вещей. Во-первых, это была первая и пока что единственная подобная сделка на украинском рынке, во-вторых, 70% клиентов «Киева» остались нашими клиентами, из них 50% — юрлица. Это, в основном, средний и малый бизнес по нашей классификации. Там и государственные компании были, но не много. Кроме того, мы, когда присоединяли банк, присоединяли активы уже по рыночной цене. И поэтому формирование дополнительных резервов под активы  «Киева» не потребовалось.

Долго ли обсуждали сделку?

Переговоры длились порядка двух месяцев. Сам процесс происходил за одну ночь.

Пишется стратегия развития госбанков, которую Минфин обещал в скором времени презентовать. Вы уже знаете, в каком направлении вы будете развиваться?

Пока стратегия не утверждена, я не могу озвучивать ее части. Но мы согласны с этой стратегией, которую будет предлагать правительство. Укргазбанк же не всегда был государственным. С 2009 года государство вложило в банк 13 с лишним миллиардов гривен и теперь хочет получить свои деньги назад, это вполне логичная цель. Наша задача - подготовить Укргазбанк к продаже, чтобы вернуть деньги в бюджет. Сроки достаточно сжатые, но вполне реальные.

Руководство банка и правительство ведут переговоры с ЕБРР…

Ведут. Мы находимся на разных стадиях переговоров, но сообщать подробности пока не позволяет договор о неразглашении.

Как в этом году изменился кредитный портфель?

Мы кредитуем всех – от розничных клиентов до бизнеса. Портфель достиг порядка 26 миллиардов гривен. Только по кредитам физлицам он вырос на 250 миллионов гривен благодаря кредитной программе энергоэффективности. Каждую неделю мы выдаем около тысячи таких кредитов. В этой программе — мы лидеры по работе с ОСМД. Частично за счет этого подразделение по МСБ показывает очень хорошие результаты: количество клиентов увеличится до конца года до 3 000, а остатки на их счетах уже выросли с 300 миллионов до почти миллиарда гривен.

Вы не считаете МСБ самым рисковым клиентом?

Мы подходим к оценке рисков взвешенно. МСБ — это сегмент, который практически уничтожили. Поэтому на поиск такого клиента у банка уходит намного больше времени и  трудозатрат, чем на работу с корпоративным клиентом. Выдать одному крупному клиенту миллиард или выдать 5 ОСМД по 200 000 гривен – процесс по трудоемкости приблизительно один и тот же, а эффект в балансе, мягко говоря, разный. Но мы все-таки банк государственный, поэтому социальная ответственность для нас – не пустой звук. Пришлось перестроить работу банка, чтобы сориентировать его на малый и средний бизнес. Но процент отказов в таких кредитах – достаточно высокий.

Сумели привлечь новых бизнес-клиентов?

У нас стало больше клиентов в целом. Если брать всех: физлица, плюс малый и средний – это порядка 80 000 новых клиентов с начала года. Из них 70 000 – физлица. Но с точки зрения кредитования, мы подходим очень избирательно к этому вопросу. У нас нет проблем с ресурсом для кредитования, так как прирост вкладов населения с начала года — 48%. Но есть проблема  с тем, кому давать эти деньги. Говорить, что в стране появилось много новых бизнес-клиентов – это будет, мягко говоря, неправда. Мы работаем либо с теми, кого мы уже знаем, либо с теми, кто обслуживается в других банках, в которых у них пока нет возможности кредитоваться. Мы это ситуацией пользуемся. А растущие новые бизнеса к нам пока не приходили.

Ставки высокие?

Высокие. Но они одинаковые у всех на рынке, и это — большая проблема. Есть всего несколько типов бизнеса, которые способны отработать их. Это агрокомпании, да и то — это сезонный бизнес. Понемногу возрождается стройка. Но стройка не дикая, а серьезные строительные холдинги, большинство из которых – наши клиенты. Причем продажи в строительной отрасли начинают резко возрастать в момент изменения курса национальной валюты.

Будут ли смягчаться условия выдачи кредитов в 2016 году?

Это вопрос конкуренции. Когда на рынке вновь появится конкуренция в кредитовании, тогда и условия будут смягчаться. Но в ближайший год я не вижу таких перспектив.

Укргазбанк выплачивает вкладчикам Дельты. Вас выбрали, потому что вы — госбанк?

Да. Укргазбанк был одним из тех, кто начинал вообще всю эту историю с выплатами. Мы посчитали, что за все это время мы выплатили средства вкладчикам 46 банков. Ну и, конечно, для Фонда гарантирования вкладов важно, чтобы вкладчик понимал, что его деньги не пропадут второй раз.

Сумели удержать много вкладчиков Дельта Банка?

В зависимости от региона — от 40% до 70%.

Насколько сильны потери банка из-за аннексии Крыма и войны?

Конечно, мы потеряли много клиентов. У нас было одно из самых больших представительств в Луганской области, 17 точек. Осталось всего 3 точки в Луганской и 3 точки в Донецкой области. Они работают в штатном режиме, обеспечены банкоматами и всей необходимой техникой. И я снимаю шляпу перед руководителем и перед всем коллективом восточной дирекции, потому что они работают в прибыль. Конечно, конкуренция там небольшая, но эти люди делают свою работу в, мягко говоря, непростых условиях.

Вопросы от читателей

«Минфин» предложил пользователям Facebook задать вопросы Кириллу Шевченко. Предправления Укргазбанка на них ответил.

Ваши коллеги из Приватбанка не так давно обвинили Укргазбанк в переманивании клиентов с помощью СМС. Чем закончилась эта история?

Нам не нужно заниматься это ерундой. Все это был чистый фейк, который закончился ничем. Мы переговорили с коллегами из ПриватБанка, да и все.

Какова стратегия на будущий год и чем вы отличаетесь от других банков?

Во-первых, до конца 2016 года мы закончим все те процессы трансформации, которые  начали в 2015 году.  В первую очередь, работу отделений. Это, конечно, не проект века, но мы понимаем, что просто должны это сделать. Невозможно в 2015 году использовать технологии, которые использовались в 1995 году, например. Во-вторых, Укргазбанк по результатам 2016 года войдет в десятку крупнейших банков. В-третьих, в банке начала работать команда по privatebanking из BNP Paribas. Будем развивать этот проект и в следующем году.

Очевидно, ваш клиент, спрашивает, когда появится интернет-банкинг.

Интернет-банкинг для физлиц появится до конца года.

Он сможет конкурировать с Приват24, например?

Абсолютно. Когда он наберет полный функционал, он станет лучшим.

Беседовала Кристина Болотова